Нам нужна не ирония, а судьба. Поздравление Сергея Кургиняна с Новым 2026 годом
В преддверии Нового 2026 года политолог, философ, лидер движения «Суть времени» Сергей Кургинян предлагает задуматься о том, что такое праздник — и каким он должен быть в эпоху нарастающей напряженности. Он задается вопросом, способен ли праздник стать настоящим «окном в будущее»?
Размышления Кургиняна начинаются с неожиданного признания: он никогда ранее не смотрел фильм «Ирония судьбы, или С легким паром!», который стал для миллионов наших соотечественников неотъемлемой частью новогоднего ритуала. Поводом для совсем недавнего просмотра этого фильма стала для политолога дискуссия с одной из участниц медицинской конференции в Петербурге, состоявшейся в ноябре. В своем выступлении она заявила, что всякое произведение искусства должно задавать «правильную модель поведения». И что фильм Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С легким паром!», который, по ее словам, огромное число людей смотрит на Новый год много лет подряд, — это пример того, что задается неправильная модель поведения: врач напивается до того, что улетает в другой город, завязывает отношения с малознакомой женщиной и так далее…
Прежде всего, Кургинян оппонирует позиции, согласно которой искусство призвано создавать «правильные модели поведения». Он спрашивает: а как же «Бобок» или «Преступление и наказание» Достоевского и множество других произведений? По мнению Кургиняна, подлинное искусство не создает «правильные» модели, а ставит вопросы, раскрывает сложность человеческой природы, заставляет думать, даже если не дает готовых ответов.
Что же касается фильма Рязанова, то его просмотр вызвал у политолога вопрос: а почему именно этот фильм стал символом Нового года? Какое «окно в будущее» открывает этот фильм? Что это за будущее?
Кургинян видит в главном герое фильма — некрупном и безвольном «пупсе» (совсем не д`Артаньяне!) — метафору целой эпохи, когда ценности целеустремленности, героизма постепенно уступили место иронии и расслабленности. Политолог вспоминает и другие работы Эльдара Рязанова — в частности, «Карнавальную ночь» — и выявляет в них устойчивый мотив: ирония над теми, кто верит в смысл, в дело, в коллектив. Не могло ли оказаться так, высказывает предположение Кургинян, что эти фильмы не просто высмеивали некие негативные стороны жизни и типажи людей, а формировали определенную модель поведения (речь тут идет не о «пристойности» или «непристойности»), конструируя новую реальность? Эта модель поведения предполагала абсолютную враждебность любому духу мобилизации. Открыто и настойчиво декларировалось, что правда на стороне тех, кто на всю эту мобилизацию «кладет с прикладом», а те, кто не кладут — идиоты.
Кургинян подчеркивает, что не предлагает отказаться от праздников. Праздники очень важны и нужны — это момент, когда люди собираются вместе, отвлекаясь от повседневного функционирования, восстанавливают силы и обретают общее дыхание. Но праздник, лишенный смысла, превращается в «пьянку, да и всё», по выражению Высоцкого. А настоящий праздник — это не бегство от реальности, а подготовка к ней. Это не расслабление, а собирание сил перед новым вызовом.
Именно синтез — духа и души, смысла и радости, веры и действия, общественного и личного — лидер «Сути времени» считает необходимым условием выживания в наступающем 2026 году.
В завершение он говорит: «Нам нужна судьба, а не ирония — и не „с легким паром“, а „мы победим“».